Лупоносов: «Самые уязвимые группы для вербовки — те, кто могут спокойно и часто перемещаться через границу: дальнобойщики, перевозчики, строители»

Польское агентство внутренней безопасности (ABW) отмечает усиление внимания со стороны беларуских силовиков к гражданам Польши, которые приезжают в нашу страну. Также спецслужбы массово вербуют самих беларусов, а затем направляют их в качестве агентов в Польшу.

Для чего и как вербуют шпионов в Беларуси, «Филин» обсудил с представителем BYPOL экс-сотрудником МВД, подполковником милиции Станиславом Лупоносовым.

— Сегодня в Польше живет достаточно большое количество беларусов. И спецслужбам не хватает источников. Поэтому они используют все возможности вербовки, — говорит Станислав Лупоносов. — Вербовка — стандартная работа любого опера. Любого, кто выполняет оперативно-розыскную деятельность.

У них в производстве находятся оперативные дела. А фигуранты большинства нынешних «уголовных дел» живут в Польше и Литве, а также Украине, США, Великобритании. 

И им нужно искать источники, чтобы получать информацию об этих фигурантах, чтобы демонстрировать, что они делают свою работу и предъявлять какие-то результаты. Остановиться они не могут. Поэтому и вербуют всех, поляков в том числе.

— Считается, что главной целью вербовки является защита режима. Усилились ли страхи беларуского режима в последнее время?

— Очевидно, что им есть от чего защищаться. Многие из уехавших делают за границей то, что режиму не просто не нравится, а от чего он непосредственно страдает, например, от санкций. 

Кто-то освещает эту работу, просвещает людей, кто-то тех же шпионов вычисляет.

— Одной из самых известных шпионских историй стало исчезновение Анжелики Мельниковой, в которой и спустя более года много неясного.

— Я могу поделиться по этому поводу своими выводами. Все эти появляющиеся якобы свидетели Мельниковой в Минске — вбросы КГБ и спецслужб.

Рассчитаны они именно на то, чтобы вызвать у нас определенную реакцию. Появляются какие-то фото, документы на квартиру. Могу сказать, что оформить пакет документов для подобной легендированной операции не стоит для сотрудников оперативного отдела большого труда.

Но любая работа оперативных сотрудников должна быть невидимой. Если упоминание о них попадает в СМИ или вообще в публичное поле, это провал.

Как все знают, к похищению Мельниковой причастен сотрудник УВКР (управления военной контрразведки — С.) КГБ Лобеев (Гордеев — легендированная личность). Сейчас у него, как выяснили «Киберпартизаны», есть и третий паспорт прикрытия.

Но когда его раскрыли и информация об этом появилась, для него, как для оперативника, это означает все. То есть оперативная карьера Лобеева закончилась. Сейчас он сидит в кабинете и пишет какие-нибудь легендированные документы, даже те самые, по кейсу Мельниковой.

Но он уже не может никуда внедряться, так как о нем знает весь земной шар.

— А что, по вашей версии, с самой Мельниковой?

— Ко всему, что нам показывают, она не имеет никакого отношения. Но когда спецслужбы делают такие вбросы, они должны точно знать, где она находится и что она ничего не опровергнет. Поэтому они спокойно и запускают эти фейки.

По моей версии, она в Беларуси, но все-таки в роли жертвы разработки. Для того, чтобы ее увезти, был внедрен Лобеев. Никто не будет спорить с тем, что таким образом проводилась целенаправленная работа спецслужб.

При этом Лобеев — не рядовой сотрудник КГБ, в свое время он проходил курсы по эффективному соблазнению женщин. Там учат, как это делать буквально за один вечер.

Плюс он еще и военный психолог и имеет соответствующее образование. Будь Мельникова агентом КГБ, зачем палить вместе с ней такого ценного Лобеева?

Не собирались они этого делать, именно поэтому свидания с Мельниковой проходили на Шри-Ланке или Кубе, в безопасных местах для Лобеева прежде всего.

— Но беларуские спецслужбы считают кейс Мельниковой своим успехом, даже не смотря на провал Лобеева?

— Конечно. И они, судя по вбросам, продолжают свою операцию.

— Возвращаясь к теме остальных агентов, где они могут быть?

— Информацию им нужно получать постоянно, поэтому они внедряются в разные инициативы, диаспоры.

— Как-то можно их распознать обычному человеку?

— Иногда можно. Когда кто-то интересуется не тем, что ему положено знать, проще говоря, лезет не в свое дело. Причем настоящий шпион не будет назойливым, не будет стараться привлекать к себе внимания.

Наоборот, он будет спокойно тихо сидеть и поддакивать, и в это время собирать контакты. Фамилии и номера телефонов — это базовое из того, что требуется, чтобы взять человека в разработку.

— Как могут вербовать поляков в Беларуси?

— Их могут задержать якобы за совершение какого-то преступления, самое простое, подкинув наркотики. Еще из классических способов взять в оборот: например, к семейному человеку можно подослать специально обученную девушку, чтобы записать компромат.

Беларусов завербовать еще проще, так как у многих родственники в Беларуси. Здесь самые уязвимые группы — те, кто могут спокойно и часто перемещаться через границу: дальнобойщики, водители, занимающиеся перевозкой пассажиров и грузов, строители, те же девушки с пониженной социальной ответственностью. Они всегда легко вербовались.