​​​Демонстрация силы и сигнал врагам. Тело Али Хаменеи увозят из Тегерана под призывы отомстить Недовольство внутри нового руководства Ирана.

Больш чым па 20 гадоў зняволення. Вынеслі прысуд па рэзананснай справе сям'і Ліпскіх Іх абвінавачвалі ў падрыхтоўцы забойстваў 52 чалавек.

Конвейер репрессий. Стало известно, что за «экстремистов» помиловали к 3 июля. Сергея Михалка скоро будут судить заочно за «оскорбление Лукашенко» Хроника политического преследования 6 июля.

Лукашенко: «Мы воевать не хотим» Правитель нашел «партию войны» (правда, не там, где все могли бы подумать), но успокоил генералов, пообещав не отправлять на «бойню» с НАТО.

«Не злоупотребляйте гостеприимством беларусов» В соцсетях комментируют историю с брошенным окурком.

Мужчину забрали в милицию за пару фото на площади в Новополоцке 3 июля «Сказали, что я снимал сотрудников».

«Бывай, дарагі Пётра!» Сябры і калегі — пра сыход Пятра Садоўскага. «Заўсёды быў на правільным баку гісторыі».

«Кто там нас не признает до сих пор». Лукашенко принял у себя Лукашенко Отец с сыном поговорили о спорте.

Памёр палітык і дыпламат Пётр Садоўскі Яму было 87 год.

Позняков: «Чем щедрее обещания о будущих выплатах, тем больше вопросов к настоящему» Об «относительно честном способе отъема денег» у пенсионеров.

Никита Золотарев: «Было дико – просто выйти в город и видеть людей в обычной одежде. Все мелькали перед глазами черные робы и пятнистая милицейская форма»

Чалый: «Тот самый момент, когда сделка с дьяволом пошла не так, как ты планировал» «Представляю этот разговор: «Помнишь, Саша, как ты радовался, что мы у тебя ядерное оружие разместили? Пришло твое время».

«Брат, ты в Беларуси. У нас так не принято». Милиция задержала российского туриста, бросившего окурок на улице Беларус сделал замечание мужчине, что тот мусорит, а в ответ получил матерные оскорбления. Россиянина нашли.

Копытько: «В любой момент «историческими» землями может быть провозглашено что угодно, хоть герцогство Курляндское» В зависимости от конъюнктуры Россия может изменить и переговорные позиции, и свои требования.

Конвейер репрессий. Беларусов за «измену государству» судят в разы чаще, чем россиян в воюющей России. Правозащитники: репрессии не просто не уменьшаются, а растут Хроника политического преследования 5 июля.

Шрайбман: «За ўсе гады кіраваньня Лукашэнкі такой сытуацыі яшчэ не было» Як распаўзаюцца крэслы пад беларускім правіцелем і хто падхопіць уладу пасля яго?

«Если слишком сильно суетиться, то можно нечаянно куда-нибудь втянуться» История одного союзнического маневра, которая показывает, что вовремя предать не всегда означает предвидеть.

Милитаризация как тренд. Ключевые изменения в образовании Беларуси за последний учебный год Все сильнее страна закрывается от мира.

Так Трамп агрессор или миротворец? Поздравления Лукашенко способны вызвать недоумение и улыбку Правитель Беларуси сел на новый политический шпагат.

«Президентские выборы в Украине уже осенью? Действительно, для Зеленского это выгодно» Фесенко — о вероятности голосования в ближайшее время.

Дневник войны, глава 311. «И мы смеемся коротким смехом людей, которые научились шутить на краю пропасти» Про бронежилеты для души.

«Сустрэча з Лукашэнкам была чыста фармальная, пра што сьведчыць і першая іранічная фраза Сі» Навумчык – пра візіт правіцеля ў Кітай.

Невзоров: «Фанаты Путина смекнули, что ему на них абсолютно плевать» Какую ремарку напротив фамилии правителя РФ сделает история.

Война, 5 июля. РФ ударила по жилому сектору в Запорожье. Импорт в Россию беларуского бензина достиг исторического максимума

«У прафкам прыйшлося ўступіць. Нас нават не пыталіся – прыйшлі і сказалі: вы ўступаеце» Беларускамоўны выпускнік — пра вучобу, прапаганду і жыццё ў Мінску.

Россиянка назвала Беларусь «второй Россией». Что ей ответили беларусы «Эта другая страна, со своими традициями, культурой и историей».

Новое правительство Литвы планирует усиливать давление на Беларусь не безусловно, а в ответ на ее действия

Как пропаганда отреагировала на пропустившего торжества в честь 3 июля Лукашенко И почему постаралась забыть о Вольфовиче.

Пастухов: «Картина «горящей России» вернула значительной части европейского истеблишмента веру в то, что невозможное возможно» В чем главные риски Путина?

Конвейер репрессий. Активист из Калинковичей осужден на 10 лет за оскорбление Лукашенко и госизмену. Бывшего работника Минского автозавода посадили за высказывания о политике Хроника политического преследования 4 июля.